?

Log in

No account? Create an account

[sticky post] Байкал для всех

Когда я выбирала профессию, я, к сожалению, не была знакома с Байкалом, иначе бы я стала биологом. Профессии «путешественник» тогда еще не существовало. Да и гидов профессиональных на Байкале не было, только любители. А ведь это, пожалуй, и есть моё любимое занятие в жизни – планировать путешествие по Байкалу и воплощать его. Я побывала много где. Много где еще не побывала, Байкал велик, но знаю, что где есть и как туда добраться. А если не знаю сию секунду, то могу добыть нужную информацию.

Мне страшно обидно бывает, когда люди, едущие на Байкал издалека, из-за рубежа, попадают в какое-нибудь попсовое место типа Листвянки, а потом говорят, мол, ничего нет прекрасного. В прошлом году я встретила двух швейцарок в Байкальском Прибое. Они решили поглядеть на Славное море по пути в Монголию. В итоге увидели не кристальный колодец планеты, не вынимающие душу прекраснейшие ландшафты, а мутный сор, в который они даже не решились зайти, кучу народа на заплеванном убогом берегу. Положим, меня в Байкальский Прибой завела антропология. А вот девчонки швейцарские просто не знали, куда поехать, вот и нарвались. Хотя с бурятской стороны Байкала есть такие места, что сидишь на берегу и плачешь от восторга.

Я открываю виртуальное бюро путешествий по Байкалу. Помогу любому организовать любое путешествие – от мегабюджетного до супердорого. Куда поехать, что увидеть, как доехать, где жить, что есть, что брать с собой, как себя вести и прочее, прочее, прочее. Расписание транспорта, адреса гостиниц, турбаз и хостелов, полезные телефоны, имена тех, кто может помочь на месте, достопримечательности, правила посещения особо охраняемых территорий, местные обычаи и прочее, прочее, прочее. Полный расклад. Бесплатно. Взамен попрошу только фото с Байкала. Пишите в личку!

Apr. 11th, 2018

Моя лента друзей заканчивается через 10 минут. Где живые люди с живой собственной жизнью? Ничего больше не хочу, кроме живой собственной жизни. Порекомендуйте, пожалуйста. 
А по-настоящему сказка о Золушке закончилась не так. Сначала все было классически, вплоть до ее появления на балу. А уж там все и не случилось. Золушка не умела ни танцевать, ни вести себя в благородном обществе. Да и робела очень. Поэтому почти весь бал простояла за седьмой слева колонной. Ее, правда, пару раз пригласили танцевать вельможи из мелких, привлеченные ее милым и свежим личиком. Но она танцевала так дурно, все время спотыкалась в хрустальных туфельках, потому что не привыкла носить подобное, так что больше никто не подошел к ней. Принц, правда, ее заметил и даже изволил улыбнуться, когда она уронила мороженое себе на подол и так забавно всплеснула руками. Золушка вовремя вернулась домой. А через полгода сбежала с соседским конюхом, лишь бы прочь, вышла за него замуж, родила семерых. И трем дочкам, когда те подросли, рассказывала, как однажды побывала на балу и сам принц изволил улыбнуться. По какому поводу, не уточняла. Дочки верили. А внучки - уже нет. Потом что доказательств не осталось никаких - хрустальные туфельки пришлось обменять на мешок картошки. А принц, конечно, женился на принцессе. Что он, дурак, на своей поданной жениться?


Еще два дня назад я плавала во-о-о-н там. А еще через два дня будет осень.

Jul. 11th, 2016

Вцепилась я мертвой хваткой к Кормака Маккарти и прочитала всего. Мне это вообще свойственно - подчищать все ценное до последнего словечка. Ну-с, что могу сказать? "Дорога" - постапокалиптическая литература. Какой-то фильм вроде знаменитый снят. Но фильмы я не уважаю. Этот жанр - тоже. И это произведение не произвело на меня ничего. Ей-богу, "Град обреченный" - намного более мощная книга. "Старикам тут не место" - примерно то же самое. Говорят, фильм крутой. Текст, скорее, никакой. Все-таки это воспеватель ковбойской романтики, в первую очередь. Два других романа из так называемой приграничной серии, я прочитала с большим упоением. Про первый - "Кони, кони..." - я уже писала. Второй - "За чертой". Тоже про пацанов, тоже про странствия юных американцев в Мексике. Тоже кони, кровь, бродяжничество, просторы, тортильи. Не оторваться. Третий роман - "Содом и Гоморра: города окрестности сей". Здесь действует уже взрослый герой второй книги, чуть повзрослевший - первой. Они друзья. И они не страствуют, а работают ковбоями на границе США и Мексики. И тут любовь и кровь. Но больше дружбы. И самый конец такой спокойный, что хочется кричать от ужаса.

Читала я еще "Мужики" Реймонда Владислава, получившего Нобелевскую премию в 1924 году. Читала как "Войну и мир", а когда дочитала, поняла, что это еще не конец. Надо вторую (может, еще третью и четвертую) книгу качать. Дореволюционная Польша (часть Российской империи), крестьяне, любовь и морковь во всех смыслах этих слов, пахота, уборка урожая, жизнь неторопливая и трудная, катится, как колесо по дороге. Засасывает. Надо дочитать.

"Песни мертвых детей" Литт Тоби, честно говоря, в конце совсем не поняла. Поубивали они там всех или это какие-то фантазии? Настя Яровая, подскажи, ты рекомендовала.

Октровенная гадость - "Пройдя долиной смертной тени" Хайнлайна Роберта. В далеком и непрекрасном будущем мозг 95-летнего миллиардера пересадили в тело юной секретарши. И она как давай со всеми трахаться, вообще на все забив. Читала со все возрастающим ощущением, что писатель, будучи очень старым и больным, описал все, что ему не хватало в последние годы жизни. Причем, думаю, у него были какие-то старческие психические отклонения, это видно по тексту. Смысла в нем нет.

Tags:

"Грей, я тут! Тут!" - истошный женский вопль заставил меня отвлечься от созерцания яхты с алыми парусами и лениво обернуться, насколько это возможно, когда ты лежишь на белом горячем песке под жарким солнцем с рюкзаком под головой, смотришь на Байкал, который тут  без горизонта, когда туманная дымка застилает Святой Нос, и шевелиться не желаешь. Но я поглядела. Две тетеньки потолще меня. Одна зовет Грея и машет рукой яхте, другая ржет и курит. Первая мысль была про общие культурные коды, обусловленные примерно одинаковым возрастом и общей советской школой. Потому что кроме второй тетеньки и меня никто больше не ржал. Молодежь явно не понимала, про что это тетенька орет. Вторая мысль была - вот он опять опоздал. Это настоящая Ассоль. Но ей уже лет 45, и размер 54-ый. И двое детей. И никаких шансов, что Грей причалит. Даже если услышит.
Тот уголок нашего полудвора, где я по осени повесила красную веревку для белья, так густо зарос за жаркие и влажные июньские дни, что я туда пробраться не могу. Крапива - по грудь, лопухи диаметром в метр, веревка лежит на кленовых ветках. И, главное, топтать всю эту щедрость не хочу. Кое-как прокравшись, повесила простыню и пододеяльник. Отошла к подъезду. А белья и не видно. Лето может заслонить все, если ему не мешать. 

Jun. 3rd, 2016

Я всегда говорила, что высшее человеческое искусство - это поэзия, а музыка - это от Бога. Любая музыка, даже самая скверная, ведь и у Бога порой бывает плохое настроение. У меня с музыкой сложные отношения. Я всерьез подозреваю, что если бы меня отдали учиться музыке, если бы я погрузилась в ее пучину, то могла бы натуральным образом сойти с ума. Кстати, есть такой персонаж в романе "Трильби" Джорджа Дюморье, который, не став известным художником, ушел в музыку и потерялся в ней полностью. Я боюсь музыки, как боится человек, не умеющий плавать, в легкой лодочке посередине океана. Я не могу понять, откуда она берется и почему имеет такое мощное воздействие на меня. Подозреваю, что если бы я выучилась музыкальной премудрости типа политональных наложений и контрапунктов, все равно бы не поняла, откуда это волшебство.

И меня тянет к ней. Бывают периоды, когда какая-то музыка меня просто преследует, выжигает мне мозг и подменяет собой реальность, и чтобы не свихнуться, я насильно перестаю ее слушать, страдаю от ломки. Три года назад это была "Музыка ангелов"  Моцарта, два года назад - "Дочь человечья" Ольги Арефьевой. А в последнее время мне остро не хватает музыки. И я не знаю, какой - босса-нова, фадо или шотландские напевы? современная симфоническая, о которой я не имею представления? старый импортный рок, который я пропустила? может, прости Господи, послушать-таки Гребенщикова, вдруг вставит? Очень хочу музык самых новых (с). И боюсь. 
Сливаю быстренько то, что прочитала. Уже книжка распухла электронная. Итак, начнем с отстоя. Как ни берегусь, все равно попадается порой дрянь. Самая изумительная - это "Тень ветра" Сафона Карлоса. Пока читаешь, вроде ничего, а потом понимаешь, что в этой книге вторично все, в том числе знаки препинания. Набор примитивных символов, тухлятина страшная. Если разум и чувство собственного достоинства вам дороги, не читайте это. "Ешь, молись, люби" Элизабет Гилберт, каюсь, прочитала после того, как мне сказали, что книга намного лучше фильма. Фильм откровенная дрянь, в которой престарелая Джулия Роберт пытается играть всю ту же красотку. А я вижу только, как она некрасиво постарела. А что касается ее героини, так она просто с жиру бесится. Книга оказалась еще хуже фильма. Плоско. Увы. "Каждый хочет любить" Марка Леви - европейская тошнота про двух мужиков-инфантилов. Не геи, и то радость.

Переходим к классному. Не подводит никогда Грэм Грин. Наш человек в литературе. "Суть дела" - это не про запутавшегося в бабах белого чиновника в Африке. Это про то, что людям нельзя жить там, где все им чуждо, генетически чуждо. Да, описание Африки лишено какой-либо романтики. И при этом страна реальна так, что романтика возникает вне повествования, в мозгу читателя. Это настоящая литература.

"Кровавый меридиан" Маккарти Кормака. Просто открытие какое-то, глазки хочется облизать после прочтения. Мексика, конец 19 века, американские охотники за скальпами. Кровавое месиво, описаное предельно подробно и остраненно. Грязь, смерть, похоть, вонь. Индейцы в этой книге таковы, что Фенимор Купер и Майн Рид в гробах уже дырку провертели с досады. Ни грамма героизма, романтики. Ни единого положительного героя. Все и всё чудовищно. И очень похоже на реальную историю. И это на фоне такого фантастического описания такой чудесной страны, данной такими точными и яркими красками!

Произведение, оставившее странное впечатление. "Книжный вор" Маркуса Зузака. Про войну, про немецкую девочку, отданную в приемную семью в ее же стране. Про милосердие и про смерть. Отмечу литературный прием, когда часть повествования идет от имени смерти. Написано честно. Но не верю, не цепляет, не трогает. Может, потому что автор - австралиец, который даже не может представить, что это была за война, хотя вроде вырос на рассказах родителей, которых война затронула. Прохладно.

Опять нечего читать. Советуйте!

Tags:

Apr. 22nd, 2016

А ведь на первом курсе университета, всего-то позавчера, у нас еще были тетради с переписанными вручную стихотворениями. Вчера я вспомнила кусок одного, долго мучалась, глотала сопли, поминала злым словом Интернет. А сегодня не выдержала, залезла, нашла. Ярослав Смеляков. "Зазвенит, заблещет телефон, в утреннем сияя серебре. И услышит новая Манон голос кавалера де Грие".  Мы, проходившие полный курс мировой литературы, знали, кто такая Манон Леско. И Смелякова знали, хотя был совсем уж не в моде. Что было еще в той тетради? Ахматова. "Как не похожи на объятья прикосновенья этих рук". И муж ее Гумилев из-за пояса рвал пистолет, так что сыпалось золото с кружев. Да, да, с розоватых брабантских манжет. "Словно гвоздь в себя забиваю" - неведомого женского автора. "С любимыми не расставайтесь". До расставания с самым любимым с детства - Сергеем Есениным - было еще пару лет. И до встречи с Иосифом и Осипом. А с самыми заповедными, хоть и не громкими струнками души  - Ходасевичем и Ивановым - года три. И стихи я храню с тех пор на внутренней тетради. Да, и она уже вся исписана.